Межрегиональное сотрудничество «Республика Корея – Центральная Азия»: новая парадигма корейской модели международного сотрудничества в целях развития
Центральная Азия – ключевая площадка для партнерства
взаимного процветания и активизации региональной экономики
Ха Тэ Ёк,
начальник управления международной дипломатии
Ассоциации губернаторов Республики Корея (GAROK)
n Демографический парадокс и необходимость сотрудничества
Сегодня сельская местность Кореи сталкивается с кризисом выживания. По всей стране 42% сельских хозяйств заявляют о нехватке рабочей силы, а доля регионов, находящихся в зоне риска исчезновения, превысила 40% от общего числа уездов и городов. По состоянию на 2024 год общая численность населения Кореи составляет 51,22 млн человек и ежегодно сокращается примерно на 10 тысяч. Несмотря на высокий уровень урбанизации (92,1%), процесс депопуляции сел и малых городов лишь ускоряется.
Между тем Центральная Азия находится в совершенно иной реальности. Численность населения региона составляет 80,7 млн человек, при этом средний возраст – всего 27,6 года, что делает его молодым регионом. В одном только Узбекистане из 37 млн граждан около 3 млн работают за границей, ежегодно отправляя на родину 20 млрд долларов США. За последние 30 лет городское население стран Центральной Азии увеличилось на 16%, но молодежь по-прежнему уезжает в поисках работы, главным образом в Россию.
Подобный «демографический парадокс» между Кореей и странами Центральной Азии является одновременно вызовом и возможностью. Сочетание острой потребности корейских регионов в рабочей силе и наличия богатых человеческих ресурсов Центральной Азии открывает перспективу развития инновационной модели взаимного процветания, выходящей за рамки традиционной односторонней помощи. В частности, Центральная Азия выступает ключевой ареной, где корейская модель международного сотрудничества в целях развития может найти свое наиболее полное выражение. Намеченный на следующий год первый в истории саммит Кореи и пяти стран Центральной Азии станет историческим переломным моментом в институционализации этого видения.
n Почему именно Центральная Азия: основания для выбора ключевой площадкой корейской модели сотрудничества в целях развития
Во-первых, это связано с уроками этапов развития. Корея в 1960-е годы начала свой путь как аграрная страна и прошла индустриализацию за счет «сжатого роста». Эта траектория развития во многом совпадает с нынешней реальностью стран Центральной Азии, где одновременно происходят процессы стремительной индустриализации и урбанизации. Уровень урбанизации в Казахстане составляет 57,3%, а в Узбекистане – 50,5 %, что сопоставимо с уровнем Кореи в 1970-е годы. Таким образом, именно опыт сжатого роста Кореи служит для стран Центральной Азии наиболее востребованной и практической моделью для подражания.
Во-вторых, это взаимодополняемость. Корея предлагает технологии и опыт, а Центральная Азия – демографический потенциал и богатые ресурсы. Когда корейские технологии «умных городов» сочетаются с хлопковой промышленностью Узбекистана, а ноу-хау Пусана в области портовой логистики – с логистическим хабом Казахстана на Каспийском море, возникает реальный синергетический эффект. Это принципиально иная модель взаимозависимого роста, отличающаяся от односторонней помощи африканским странам или конкурентного взаимодействия с государствами Юго-Восточной Азии.
В-третьих, существует геополитический контекст. После начала войны на Украине Центральная Азия стала ареной «Новой Большой игры (The New Great Game)». Китай во главе с председателем Си Цзиньпином провел саммит в формате «Центральная Азия – Китай» с целью ускорения инициативы «Один пояс, один путь». США в 2023 году организовали первый саммит в формате «C5+1», а Европа запустила собственную платформу «ЕС – Центральная Азия».
Однако государства Центральной Азии стремятся избегать зависимости от какой-либо одной сверхдержавы и проводят многовекторную дипломатию, основанную на прагматизме. В 2023 году Китай обогнал Россию и стал крупнейшим торговым партнером как Узбекистана, так и Казахстана, однако обе страны при этом сохраняют сотрудничество с Россией в сфере безопасности. Именно в этой нише проявляется уникальное конкурентное преимущество корейской модели международного сотрудничества в целях развития, которая не навязывает повестку, основанную на гегемонизме.
n Почему именно органы местного самоуправления Кореи: необходимость полевых исполнителей
В институциональном плане Центральная Азия характеризуется сильной централизацией власти. В Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане действует президентская форма правления, при которой автономия местных органов власти ограничена. Следовательно, межрегиональное сотрудничество должно быть организовано не как самостоятельное направление дипломатии, а как исполнительная платформа, дополняющая внешнюю политику центрального правительства.
Главная идея заключается в роли корейских органов местного самоуправления как полевых исполнителей. Опираясь только на политические заявления центрального правительства, реализовать такие конкретные проекты, как создание промышленных комплексов, модернизация сельского хозяйства и строительство «умных городов», представляется затруднительным. Опыт управления портами в Пусане, технологии текстильного машиностроения в Тэгу, а также ноу-хау в сфере «умных городов» Седжона и Соннама представляют профессиональную экспертизу и исполнительскую силу на местах, которую центральное правительство заменить не может.
Еще более значимым аспектом является то, что такая структура позволяет органам местного самоуправления получать непосредственную выгоду. Традиционные программы официальной помощи в целях развития (ОПР), инициируемые центральным правительством, для местных властей представляли собой лишь обременение, не приносящее прямых выгод. Однако межрегиональное сотрудничество между Кореей и Центральной Азией напрямую связано с практическими интересами самих регионов – такими, как выход компаний Пусана на рынки Каспийского моря, создание зарубежных баз деятельности для текстильной промышленности Тэгу и решение проблемы дефицита рабочей силы в сельских районах. В этом заключается главное преимущество корейской модели сотрудничества в целях развития, отличающее ее от моделей крупных держав.
n Институциональная основа: от форумов на уровне центральных правительств к форуму межрегионального сотрудничества и саммиту глав государств
Форум Сотрудничества «Республика Корея – Центральная Азия», запущенный в 2007 году, на протяжении 17 лет последовательно накапливал результаты. В 2017 году в Сеуле был открыт постоянный секретариат, и форум был повышен до уровня министров иностранных дел. В следующем году впервые за 34 года с момента установления дипломатических отношений состоится саммит «Республика Корея – Центральная Азия» в Сеуле. Этот саммит станет историческим событием, знаменующим вершину всестороннего сотрудничества между Кореей и странами Центральной Азии.
В этом контексте в 2023 году Ассоциация губернаторов Республики Корея совместно с посольствами пяти государств провела круглый стол на тему «Корейско-Центральноазиатское региональное сотрудничество». При активном содействии Министерства иностранных дел, Корейского фонда и других профильных организаций в 2024 году в Сеуле официально прошел первый Форум межрегионального сотрудничества «Республика Корея – Центральная Азия». В сентябре этого года в Туркестане (Казахстан) пройдет второй Форум, что станет важной вехой в расширении сотрудничества между Кореей и Центральной Азией на региональном уровне.
Вместе с тем, учитывая институциональные ограничения стран Центральной Азии, необходимо четко закрепить трехступенчатую структуру взаимодействия: «договоренности на уровне саммита → координация на уровне министров → реализация на региональном уровне». На саммите главы государств определяют основные принципы, затем соответствующие министры (или их заместители) согласовывают конкретные проекты, а местные органы власти реализуют их на практике. Такой механизм позволит обеспечить стабильность и устойчивость межрегионального сотрудничества даже в условиях централизованных систем стран Центральной Азии.
n Ключевые модели проекта: конкретная структура взаимного процветания
1) Программа ротации сезонных работников: инновация в обмене трудовыми ресурсами
Речь идет о циклической системе, которая связывает острую нехватку рабочей силы в корейской сельской местности с высоким спросом на рабочие места среди молодежи Центральной Азии. Суть программы заключается в том, чтобы она не ограничивалась простой поставкой рабочей силы, а способствовала модернизации сельского хозяйства в Центральной Азии, предоставляя возможности для освоения новых навыков и достижения эффекта «реинтеграции» после возвращения на родину.
Например, можно оперативно запустить проекты, в рамках которых опытные сельскохозяйственные работники из Узбекистана и Кыргызстана получат возможность на протяжении нескольких месяцев трудиться сезонными работниками в таких сферах, как умное фермерство, садоводство и животноводство в Корее. Освоенные в Корее современные агротехнологии и управленческое ноу-хау они смогут привнести на родину, где это станет семенем модернизации сельского хозяйства. Регионы, ориентированные на аграрный сектор, такие как провинции Чолла-Намдо и Кёнсан-Пукто, могут напрямую заключать партнерские соглашения и ежегодно запускать программу в определенных масштабах, постепенно расширяя сотрудничество.
2) Корейская модель международного сотрудничества в целях развития для взаимного процветания: новая парадигма оживления региональной экономики
Центральная Азия является идеальной площадкой, где корейская модель сотрудничества в целях развития может быть реализована наиболее успешно. Эта инновационная модель выходит за рамки прежних односторонних проектов помощи, инициируемых центральным правительством. В данной модели, местные органы власти Кореи становятся самостоятельными субъектами развития, одновременно способствуя оживлению собственной экономики и продвижению международного сотрудничества.
l Проект «Пусан – порт Актау (Казахстан)» представляет собой яркий пример передачи опыта Пусанского порта в области управления логистикой для модернизации контейнерного терминала в порту Актау, тем самым создавая возможности выхода компаний Пусана на логистический хаб Каспийского моря. Казахстан, являясь ключевым транспортно-логистическим узлом между Центральной Азией и Европой, может стать новым двигателем роста для экономики Пусана.
l Кластер текстильной промышленности «Тэгу – Узбекистан»: использование технологий текстильного машиностроения города Тэгу для создания в Узбекистане индустриального комплекса в текстильной отрасли позволит обеспечить плацдарм для выхода на зарубежные рынки корейской текстильной промышленности, находящейся в упадке. Узбекистан, будучи шестым по величине производителем хлопка в мире, является исключительно привлекательным партнером для компаний Тэгу.
Такие практические примеры демонстрируют двустороннюю модель взаимного процветания, которая одновременно оживляет региональную экономику Кореи и способствует модернизации промышленности стран Центральной Азии. Подобная структура сотрудничества характерна прежде всего для Центральной Азии и практически неосуществима в Африке или Юго-Восточной Азии.
3) Экосистема технологий «умных городов»: ориентация на будущее взаимодействие
Установление побратимских связей между ведущими регионами Кореи в сфере «умных городов», такими как Седжон и Соннам, и крупными городами Центральной Азии, включая Астану и Ташкент, позволяет оказывать поддержку цифровой трансформации в ключевых сферах городского управления – от организации дорожного движения до повышения энергоэффективности и утилизации отходов. При этом данная модель будет развиваться не в форме односторонней передачи технологий, а как платформа для взаимного обучения и совместных инноваций.
n Политические рекомендации: институционализация на основе саммита
l Отражение в повестке саммита: целесообразно принять «Совместную декларацию о содействии межрегиональному сотрудничеству между Кореей и странами Центральной Азии» (условное название) с целью достижения политического консенсуса по программе сезонных работников и корейской модели сотрудничества в целях развития. Декларация должна представлять собой не просто формальное заявление, а содержать конкретные проекты и дорожную карту их реализации с обеспечением бюджетного финансирования.
l Создание межведомственной рабочей группы: для устранения межведомственных барьеров необходимо сформировать «Рабочую группу по содействию межрегиональному сотрудничеству между Кореей и странами Центральной Азии», в состав которой войдут представители Министерства иностранных дел (координация политики), Министерства внутренних дел и безопасности и Ассоциации губернаторов (сотрудничество на местном уровне), Министерства занятости и труда (программа для работников), а также Министерства экономики и финансов (финансовая поддержка).
l Укрепление модели государственно-частного управления: предполагается учредить постоянный орган – «Совет по межрегиональному сотрудничеству Корея – Центральная Азия» с участием представителей органов местного самоуправления, Национальной федерации сельскохозяйственных кооперативов, Корейской федерации малого и среднего бизнеса и других организаций. Это позволит обеспечить практическую реализацию на местах и повысить устойчивость благодаря государственно-частному партнерству, а не исключительно за счет инициатив центрального правительства. На этом фоне, ожидается активная роль Корейского фонда, который выполняет функции Секретариата Форума сотрудничества «Корея – Центральная Азия».
n Новые горизонты корейской модели международного сотрудничества в целях развития, реализуемые в Центральной Азии
В целом межрегиональное сотрудничество между Кореей и странами Центральной Азии представляет собой не просто обмен между регионами, а стратегическую задачу по созданию репрезентативной корейской модели сотрудничества в целях развития. Программы ротации сезонных работников позволят смягчить дефицит трудовых ресурсов в сельских районах, корейская модель взаимовыгодного развития придаст новый импульс региональной экономике, а сотрудничество в сфере «умных городов» расширит горизонты будущего взаимодействия.
Прежде всего, Центральная Азия – это оптимальная площадка, где корейская модель сотрудничества в целях развития может работать наиболее эффективно, а корейские местные органы власти будут выступать в качестве ключевых исполнителей. Только Центральная Азия обладает сочетанием трех необходимых условий: уроки, извлеченные из разных стадий развития страны, взаимодополняющая структура ресурсов и геополитический нейтралитет.
Такой подход кардинально отличается от борьбы великих держав за гегемонию и является уникальным для Кореи. Это не логика безопасности России, не масштабные инвестиционные наступления Китая, не ценностная дипломатия США, а именно «практическое взаимное процветание на местах», которое Корея может предложить странам Центральной Азии в качестве уникальной ценности.
Таким образом, первый в истории саммит между Кореей и пятью странами Центральной Азии, который состоится в следующем году, станет поворотным моментом, открывающим новые горизонты как для будущего корейских регионов, так и для корейской модели сотрудничества в целях развития. Благодаря инновационной модели, позволяющей регионам выступать субъектами международного сотрудничества и превращать кризис в возможность, Корея вместе с пятью странами Центральной Азии сможет открыть путь к взаимному процветанию, а не к соперничеству на арене «Новой Большой игры».
※ Настоящая колонка подготовлена приглашённым экспертом в целях предоставления разнообразных взглядов на ситуацию в Центральной Азии.
※ Выраженное мнение является личным и не отражает официальную позицию Korea Foundation (KF).
KOREA FOUNDATION
